Миллион на исторический проект мечты

В 2017 году на фестивале «Времена и эпохи» прошел первый конкурс исторических проектов. Любой мог выиграть миллион на реализацию оригинального и достоверного проекта.

После окончания конкурса многие участники спрашивали нас : «почему?» Почему их проект не прошел первый этап конкурса? Почему прошел, но не выиграл?

Идеолог конкурса Алексей Овчаренко на правах председателя экспертного совета разбирает главные успехи и ошибки конкурсантов прошлого года. И дает советы, как победить в этом году.

Мы отбирали, в первую очередь, проекты, которые окажут серьезное влияние на историческую реконструкцию, на экспериментальную археологию и смежные дисциплины

Расскажи, пожалуйста, как проходил отбор конкурсантов и как выбирали победителей.

Сразу хочу напомнить, что победителей у нас отбирал целый коллектив. Каждый эксперт вносил свое видение. Поэтому моя позиция может отличаться от точки зрения коллег. Однако опыт организации фестивалей, различных медиапроектов и музеев живой истории позволяет мне говорить не только как одному из экспертов, но и как независимому специалисту.

Мы отбирали, в первую очередь, проекты, которые окажут серьезное влияние на историческую реконструкцию, на экспериментальную археологию и смежные дисциплины. То есть проекты конкурса должны быть насыщенными сами по себе.

95 проектов для первого раза — это очень много. Как ни парадоксально, но порядка 90% заявок оказались нежизнеспособны: люди подавали заявку на то, в чем у них не было достаточной компетенции, опыта.

Где-то не удосужились проработать внутреннюю механику проекта, ее просто не было. У одного деньги не просчитаны, другой сам не знает, чего хочет сделать и четкого плана действий попросту нет.

Вот это основная причина, по которой мы не пропускали проекты в следующий этап. А из тех, ктопрошел, большая часть отсеялась во время выставки проектов, когда конкурсантам — помимо всего прочего — пришлось еще и отвечать на наши вопросы.

По большому счету, все проекты, поданные на конкурс, можно разделить только на две категории: продуманные и непродуманные.

Продуманных мы увидели всего десять, и выбирали между двумя проектами, кто победит. В итоге, выбрали девять лучших.

Идеи — это не проекты, под них деньги не дают

Неужели так мало было свежих интересных идей?

Конечно же, нет. Было очень много хороших идей, но идеи — это не проекты, под них деньги не дают.

Награду дают лишь за такую идею, у которой есть четкий план реализации. Там все должно быть четко просчитано, а идеолог обязан понимать, какой результат он выдаст в общем и целом. То есть должен быть понятен конкретный результат, который он получит от этих денег.

Именно такие проекты я называю продуманными. Всем остальным не хватало чего-то важного: кому-то плана реализации, а кому-то — понимания конкретного результата. Зачем вообще проект должен появиться на свет.

Есть еще очень важный момент, который касался почти всех заявок. Они были написаны как комплименты. Неважно, организаторам ли «Времен и эпох» или неким мифическим заказчикам в лице чиновников / бизнеса.

Большое внимание уделялось названиям, например, «Верхом по временам и эпохам». Не меньше досталось и зрителям: иногда их вставляли в проекты, в которых зрителям совсем не обязательно участвовать. Видимо, заявители считали, что присутствие зрителей делает мероприятие более значимым.

Самое ответственное — это финансовое обоснование проектов, верно?

Конечно. Во многих проектах совершенно отсутствовало понимание, из чего состоит та или иная сумма. Дом и дом. Но ведь это определенное количество кубометров леса, их доставка, работа — все это стоит денег.

Если цены соответствуют рынку, у меня никаких вопросов не возникает. Но чтобы это понять, нужно видеть, как формируются в голове у автора проекта эти суммы. Это придает другое значение смете.

А как же эксперименты? Их сложно обсчитывать, результаты могут быть неожиданными...

Да, это проблема. Но необоснованная сумма еще хуже, чем ее отсутствие. Потому что если вы берете цифры с потолка для галочки, то это разрушает доверие между авторами проектов и людьми, которые проводят и первичный, и последующий отбор проектов. А нам очень важно его сохранить.

Главная проблема ремесел — эстетика. Материальный мир эпохи — это сочетание разных предметов, связанных эстетикой этого времени. Либо это сочетание дает гармоничный красивый образ, который еще и воспринимается как образ того времени, либо нет

Много ли проектов музеев живой истории было подано?

Музеи живой истории... Очевидно, что на них сейчас самый настоящий бум. Мы, конечно же, поддерживали и будем поддерживать это направление, но — очень аккуратно.

Мой личный опыт показывает, что идея сделать такой музей — это самое малое, с чем можно выходить на конкурс. Необходимо решать такие базовые вопросы, как земля, обеспечение музея в течения дня, года.

И очень многие конкурсанты попросту не отдавали себе в этом отчета. Было сразу видно, что они не соотносили размер субсидии с теми запросами, которые они делают на музей.

Уточним, что на конкурс можно подавать проект, только часть или этап которого будет реализована с помощью полученной награды. То есть можно подавать как проект отдельный блок большого проекта.

Да, конкурсанты должны выделять отдельные блоки и говорить, что вот это мы делаем сами, вот это у нас уже подтверждено другим финансированием, а вот это мы рассчитываем закрыть благодаря победе на конкурсе.

Именно поэтому стал победителем проект «Форпост». Первое — люди имели опыт не только создания, но и управления проектом в течение достаточно длительного времени.

Второе, и это было сразу понятно — «Форпост» просят деньги не на весь проект, а на важную его часть. У них есть четкое видение результата, в отличие от многих других.

Исторические фестивали. Их проекты были, однако победы своим авторам не принесли. Почему?

Потому что мы сразу отсеивали проекты так называемых «классических» исторических фестивалей. Они сейчас проводятся везде и нет такого места, где бы подобные фестивали не проводились.

Сложилось впечатление, что было очень мало заявлено ремесел.

Действительно, ремесел было очень мало. Но с ними главная проблема — эстетика.

Мне кажется, что это вообще одно из ключевых понятий для реконструкции. Вокруг эстетического восприятия того или иного образа реконструктора, отдельной вещи, всегда ломалось множество копий.

Материальный мир эпохи — это сочетание разных предметов, связанных эстетикой этого времени. Либо это сочетание дает гармоничный красивый образ, который еще и воспринимается как образ того времени, либо нет.

Здесь этот критерий имел большое значение. Если заявка подготовлена хорошо, но качество конечного ремесленного продукта, который люди производят руками, низкое — проекты отсеивались.

Получается, для ремесла важно не только тщательно продумать, но и хорошо сделать самому?

Да, очень важно, насколько это будет хорошо, красиво выглядеть.

Разумеется, следует помнить про соответствие источникам. Но думая о них, ты можешь сделать все суперисторическими материалами и историчными методами, однако в итоге получится не совсем то, что делали предки 1000 лет назад, оно будет отличаться.

Поэтому в ремесленной истории обязателен высокий эстетический уровень тех проектов, которые, в моем понимании, заслуживают финансовую поддержку.

Еще были мультимедийные проекты. Исторический контент, завернутый в современные технологии.

Мультимедиа надо считать еще больше и еще лучше. Если не все оказались способны адекватно просчитать стройку, которая в осязаемых вещах выражается, то мультимедийку... Она же гораздо сложнее в просчете.

Даже если кто-то говорит, что сделает за 100 тысяч сайт, я понимаю, что это не будет тот сайт, который соответствует изначальной задумке. В нем не будет заявленного уровня, потому что база данных, хранение, последующее администрирование этого сайта, его наполнение — все это стоит серьезных денег.

Я опасаюсь этой волны на самом деле. Боюсь, что люди будут подавать съемки фильмов — такие проекты уже были, — не понимая, сколько это стоит. А ведь банальный финансовый просчет задумок, простой и конкретный, отбросит многие вещи еще на берегу.

А что со старыми добрыми бумажными книгами?

С книгами, как и с музеями живой истории, когда вы задумали что-то такое специфическое, нужно оценивать, есть ли у вас опыт или хотя бы потенциал, чтобы реализовать задумку.

Например, публикация книг — это дело серьезное. Без опыта, без понимания, как работает издательский бизнес, в это дело влезать очень сложно.

Мало было коммерческих проектов, хотя правила конкурса в этом не ограничивали. Это связано с тем, что конкурс новый?

Ну, к коммерческим проектам мы будем относиться с повышенным вниманием. Потому что когда люди реализуют проект в рамках собственной коммерческой деятельности, то он нужен, чтобы им больше зарабатывать. Это странно, и такие проекты вряд ли будут проходить в дальнейшем.

Тут надо обязательно вникать в подробности. Одно дело, когда люди собираются запускать новую производственную линейку. И совсем другое, когда проект вроде бы про деньги, но де факто он не является коммерческим.

Мы можем говорить, что там что-то по билетам будет происходить, но если я вижу, что проект не окупится, то он не является коммерческим. Финансовая составляющая — это еще не бизнес. И если конкурс поможет собрать допфинансирование на убыточный с точки зрения бизнеса проект, то это нормально.

Многие предлагали фотопроекты.

Сейчас фотография — настолько общее место, что нужен совершенно особенный, новый взгляд. И железобетонно обосновать такой проект, показать его необходимость. Тогда он, конечно же, получит финансирование.

Именно поэтому 100% фотопроектов были отклонены уже на первом этапе. Мы ничего не имеем против них, но участникам придется придумать что-то совершенно оригинальное.

В этот раз на конкурсе было всего два или три иностранных проекта. И они не прошли во второй тур.

Тут проблема времени. Конкурс был объявлен чуть ли не за три месяца, как и весь фестиваль, и для иностранцев это оказались очень сжатые сроки.

Мы не делаем никаких различий между российскими и иностранными проектами. Просто те зарубежные проекты, которые поступили на конкурс, были слабые. Будет качественный иностранный проект, без вопросов, сразу же победит.

Важно, чтобы проект поддерживал субкультуру, каким-то образом двигал реконструкцию к своему развитию. Как, например, «Цыганский котел» поднимает новую, почти нетронутую тему в реконструкции

Среди заявок несколько раз попадался интересный формат, который можно назвать «исторический аттракцион». Кажется, таких проектов было очень немного, но все — интересные по-своему.

Да, и два из них победили: «Цыганский котелок» и «Азбуковник». Последний одновременно и аттракцион, и просветительский проект.

Однако многие нас спрашивали, зачем мы поддерживаем такие проекты. Мол, они ведь ничего особенного не производят. Я могу объяснить. В них сочетаются сразу два важных момента.

Во-первых, такие проекты очень хорошо попадают в формат миллиона. На миллион этот проект можно сделать очень, очень и очень хорошо.

Дом за миллион построить — нереально. Миллион — это вообще не тот бюджет, с которым можно ввязываться в строительство, все, кто сталкивался, хорошо это знают. Нам предлагали строить усадьбы, каструмы — и все за миллион. Это говорит только том, что люди не считали свой бюджет правильно.

Однако того же самого миллиона вполне достаточно, чтобы сделать проект вроде «Азбуковника» практически идеально. Вот почему такие проекты находили поддержку у экспертов.

Второй момент — мне важно, чтобы этот проект поддерживал субкультуру, каким-то образом двигал реконструкцию к своему развитию. Как, например, «Цыганский котел» поднимает новую, почти нетронутую тему в реконструкции.

В общем, вот эти исторические аттракционы — это то, что можно сделать хорошо на миллион и это принесет новые взгляды, планы и смыслы в историческую реконструкцию.

Поэтому мы и дальше такой формат проектов будем поддерживать. Но только если это будут классные идеи с конкретным планом действия, с пониманием того, что все действительно влезает в бюджет.

То есть конкурс — это своего рода двигатель прогресса?

Конечно! Яркие необычные проекты, которые могли проявляться по-разному на разных фестивалях, именно они всегда и были движками реконструкции. Мы объединялись не ради фестиваля изначально, а ради какой-то крутой идеи.

Вспомни историю Олега Соколова! Он прочитал книжку, загорелся идеей. Потом начитался всего, что было доступного по теме и они выехали, чтобы воссоздать солдат великой армии. Никто не думал делать фестиваль, на который будут смотреть зрители. Фишка была — воссоздать солдат великой армии.

Наверное, ребята посчитали, что если они знают меня лично, то можно подать абы что и по умолчанию получить деньги. Так это не работает

Как не стоит готовить проекты

Самый яркий антипример — фестиваль, посвященный важному этапу Крымской войны. Наверное, ребята посчитали, что если они знают меня лично, то можно подать абы что и по умолчанию получить деньги.

Так это не работает. Помимо меня, у нас несколько экспертов, и их состав специально засекречен до встречи с конкурсантами на выставке проектов. В этом году, кстати, состав экспертного совета изменится.

Я абсолютно нейтрален ко всем, остальные судьи тоже, поэтому друзья — не друзья...

Насколько важно визуальное оформление проекта?

Да, нужно понимать, на что именно конкурсная комиссия обращает внимание. И поскольку форма подачи свободная, то сама подача — серьезный барьер.

Может быть, если бы у нас было всего 9 заявок, мы бы и нянчились с каждым конкурсантом. Но заявок было 95, а часов в сутках не прибавилось. Так что те заявки, которые оформлены некрасиво, мы не смотрели в 2017 году, да и в 2018 не станем этого делать.

Для нас, судей, это сигнал: если проект для самого человека важен, он постарается его оформить как следует. А если ему это не нужно, то может быть и проект у него заглохнет? Тогда зачем присуждать ему награду?

Почему не победили проекты, уже попавшие на выставку, в финал конкурса?

Был яркий проект, посвященный реконструкции живописи по технологиям XV века. Идея мне очень понравилась, да и сам формат невероятно интересный. Это можно подавать по-разному, и каждый раз — свежо и оригинально. Но опять же меня смутило качество финальных работ.

Отказали мы и проекту европейского средневекового поселения на северо-западе России. Сама презентация была весьма неплохо подготовлена, поэтому дошло до подробного общения с инициаторами. И вот тогда-то стало ясно, что отсутствует какой бы то ни было четкий финансовый расчет. Также отсутствуют базовые условия, такие как наличие своей земли.

Понятно, что нашего миллиона не хватило бы на реализацию сколько бы то ни было адекватной части проекта, а все другие его составляющие, по большому счету, отсутствовали. Организаторы честно признались, что сделали проект чисто под конкурс и это все, что у них было. Проект достойный, но он не сработал.

Как не сработал и античный парк живой истории. Кстати, он все-таки запустился, без нашей поддержки. Почему ее не было? Лично меня смутило то, что качество реконструкций не достигло определенного уровня.

А для нас же важно, чтобы заявленные проекты были качественно проработаны. Это опять тема про эстетику в реконструкции — я о ней выше уже говорил. К тому же у «римлян» тоже отсутствовали конкретные просчеты.

И наконец, еще один интереснейший проект про XVII век. Предполагалось расширить, углубить и завершить существующую постоянную музейную экспозицию военно-исторического клуба.

Тут совсем другой уровень, потому что музей уже вовсю действует. И это скорее очень качественный проект, нежели оригинальный. А ведь именно оригинальность, новизна идеи была одним из главных критериев.

У нас возникло ощущение, что у музея и так все нормально. Все движется своим чередом и не будет какого-то дополнительного прорыва, если миллион сверху положить.

Я изначально инициировал этот конкурс как максимально свободный и с минимальным количеством ограничений. Этот подход сохранится

Каким конкурс будет в 2018 году? Что изменится, что улучшится?

В этом году подача заявок полностью электронная. Отправить свой проект на конкурс можно через сайт фестиваля «Времена и эпохи».

В этом году к заявке можно будет прикрепить только один файл и мы рекомендуем использовать формат презентации, гугл-презентации или пдф, внутри которого уже будут все иллюстрации.

Мы заранее публикуем правила конкурса и все этапы. Они несколько изменились по сравнению с 2017 годом: если раньше стратегия присутствия проекта в информационном пространстве была плюсом проекта, то теперь это уже обязательное условие.

Формат выставки проектов помогает участникам донести свою идею до экспертов?

Я не могу говорить за участников, только за себя. Так вот мне, в общем и целом, уже из самой заявки видно, на что эти люди могут претендовать.

Но мне кажется, это важно самим участникам, прошедшим предыдущие этапы. Общение с организаторами конкурса, сама подготовка помогают «подтянуть» проект, увидеть какие-то слабые места, посмотреть на свой проект немного критически, глазами посетителя фестиваля, например.

Могу привести пример из собственной жизни. Появилась идея — сделать исторический парк в Крыму. И мы сразу сделали презентацию. Общий генеральный концепт уже был понятен и он не слишком поменялся после того, как над ним начал работать архитектор. Даже когда сделали бизнес-модель, он все равно не сильно поменялся.

Но был промежуточный этап — после того, как мы защитили проект у инвестора и перед тем, как мы превратили его в строительную концепцию.

И вот тогда-то мы для себя очень многие вещи прояснили. Нам стало понятно, что суммы, которую мы изначально запросили, хватает вот на это, а на это уже нет. И нужно искать финансирование где-то еще.

Так что я думаю, этот этап, когда ты переходишь от подачи презентации к моменту, когда тебе нужно защитить презентацию — очень важный.

Ведь только тогда он может сам для себя этот проект подтянуть и больше про него понять. И к моменту, когда к нему уже придет комиссия, он сможет уточнить многие вещи. Многие люди так и делали.

Им это помогло победить?

Мне очень хотелось, чтобы поздние эпохи тоже вышли в финал. Но, к сожалению, большинство проектов были такими слабыми по оформлению, словно люди писали заявку «на отвяжись».

Но вот появляется претендент из реконструкторов эпохи ВОВ и у него вроде бы интересная идея, кстати, фестиваля. В процессе общения я пытался вывести авторов на какой-то оригинальный, свежий взгляд на проект.

Я прямо спрашивал: «как вы видите фестиваль по-новому?». Но из нашего общения я понял, что на текущий момент этого видения — как пересобрать традиционный классический фестиваль — пока нет.

И для меня это автоматом перешло в категорию классических фестивалей, которые в огромном количестве проводятся. Согласись, было бы глупо поддержать один классический фестиваль на ВОВ, тогда как есть еще множество, которые остались почему-то без поддержки.

При этом, подчеркиваю, я бы с радостью поддержал нетрадиционный формат исторического фестиваля.

Что делать, если заявленный проект в реальности стоит больше миллиона? За вычетом налогов, между прочим.

Тут вообще все просто. Если вы понимаете, что ваш проект стоит дороже, чем один миллион, сразу надо думать, откуда вы возьмете недостающие деньги. А если брать не откуда, то вы должны точно знать, как следует изменить проект, чтобы он укладывался в текущий бюджет.

Нужно понимать, что вы сможете сделать на один миллион рублей, чтобы достичь результата в рамках этого бюджета. Иначе нет никакого смысла тратить свое время.

А что делать, если непонятно, что писать в смету?

Ничего страшного нет. Мы прекрасно понимаем, что типовых проектов у нас на конкурсе быть не может. Поэтому в каждом случае все индивидуально.

И если какой-то информации для сметы нет, то и не нужно высасывать ее из пальца. Можно смело написать, что проект экспериментальный и неизвестно, сколько это будет стоить, но это суперэксперимент и мы делаем вот такие предположения.

Например, мы сейчас планируем с Сапогом проект «Семеро в прошлом» и нам нужна историчная корова. С современной точки зрения это сильно деградировавшая корова и мы понятия не имеем, сколько она может стоить. Привезем ли мы ее из Бурятии или Ирландии. Но знаем, что нам нужна только такая корова. И в смете она так и записана: корова, ее характеристики, все.

Можно подавать повторно проект прошлого года? Или продолжение прошлогоднего проекта, новый его этап?

Я считаю, возможны любые варианты. Я изначально инициировал этот конкурс как максимально свободный и с минимальным количеством ограничений. Этот подход сохранится.

Все те проекты, которые подавались в прошлом году, можно доработать и внести снова. Естественно, глупо надеяться, что повторная подача автоматом обеспечит победу.